Гражданская оборона и защита от чрезвычайных ситуаций в учреждениях, организациях и на предприятиях

Региональный Несчастный Случай – ФИНИШ ХИМ!

Всем привет! Ровно год назад, 20 февраля, мне сообщили, что наш человек, монтажник навесных вентилируемых фасадов погиб при выполнении работ. Тогда мне пришлось преодолеть большое расстояние и пройти через терновый путь. Кое-как успел трансформировать свой опыт к этому дню и закончить долгоиграющую эпопею про несчастный случай со смертельным исходом на региональном уровне.

Для тех, кто незнаком с моей реальной историей про несчастный случай со смертельным исходом на региональном уровне, для целостной картины произошедшего, прошу сначала посмотреть мои предыдущие заметки:

1. Региональный Несчастный Случай – Начало!
2. Региональный Несчастный Случай – Знакомство!
И вот она третья, заключительная часть! Спустя год!

«Первое» знакомство с федералами

Я отнюдь не расстроился от знакомства со своими коллегами по объекту, ведь что мне они... В решении сложившегося события, они мне вряд ли могут чем-то помочь. После пустой беседы я стоял в месте для «наркоманов», смотрел на заходящее оранжевое солнце и продумывал свои дальнейшие шаги.

Следующим этапом моего пребывания в «г. Дорогой» было знакомство с федеральными службами. Для создания комиссия по расследованию несчастного случая со смертельным исходом необходимо было познакомиться в первую очередь с лицами, представляющими — государственную инспекцию труда, фонд социального страхования, прокуратуру, профсоюз, администрацию (отдел охраны труда).

Извещение о несчастном случае было при мне, но рабочее время уже подходило к концу, явно я не успевал на свое первое знакомство. В этом ничего страшного не было, так как самым главным при несчастном случае со смертельным исходом на региональном уровне было известить в течение 24 часов государственную инспекцию труда по месту регистрации организации, в которой произошел несчастный случай, что и было сделано людьми, которых подключили к этому не легкому делу.

Атмосферное давление на служебной квартире

Дальневосточному ежу было понятно, что атмосфера была напряженной. Несчастный случай явно сподвигнул всех присутствующих на квартире заниматься оформлением первичных документов по охране труда, которые необходимо иметь в строительстве. Из присутствующих, я имею в виду еще одного начальника участка с «братской» субподрядной организации и горе инженера по охране труда оттуда же. Я им привез весь необходимый комплект документов по охране труда, который они умудрились закосячить в нескольких местах. От них всего лишь требовалось только заполнить все документы (журналы, протоколы, распоряжения, приказы, удостоверения для работников). Я показывал им, как и что заполнять, и пока решал свои темы, они успевали косячить. Для меня поначалу было дико, что они не могут сделать элементарного, но потом меня это стало забавлять. Особенно веселил «инженер по охране труда», он своим тупняком немного разрежал атмосферу в квартире. Мне хочется описать его внешний и внутренний портрет, но отклоняться от темы думаю, будет лишним.

Знакомство с федералами

Утром следующего дня 22 февраля, скачал 2Gis «г. Дорогой», мне надо было узнать, где и кто находится, чтобы составить маршрут.
Первой точкой был следственный отдел. По месту моего прибытия туда оказалось, что именно сегодня он переехал по другому адресу, пришлось ехать на новое место обитания, регистрировать извещение.

Следующий визит был в государственную инспекцию труда. Зарегистрировал извещение в приемной, после, сразу решил познакомиться с кем-то из руководящих. Вальяжно двигаясь по коридору инспекции, и, рассматривая золотистые таблички с ФИО – званиями, я попал к заместителю руководителя Государственной инспекции труда.

В кабинете присутствовал еще один человек, как оказалось потом, это был начальник одного из отделов по надзору и контролю за соблюдением законодательства об охране труда. Меня внимательно выслушали, кто я, что я, откуда я и зачем. После моего лаконичного рассказа о произошедшем несчастном случае и произведенных мною действиях руководитель ГИТ переглянулся с начальником отдела и освежил память вслух, мол: «Там же уже был один смертельный?! Ая-я-яй». Руководитель представил мне начальника отдела и сказал, что он возьмет на контроль наш случай.

На мой вопрос как будем действовать?! Ведь надо формировать комиссию и создавать приказ о создании комиссии по расследованию несчастного случая. Руководитель вроде как уверенно заявил, что комиссия создаваться не будет, т.к. я известил их по истечению суток, таким образом, государственный инспектор труда проведет свое собственное расследование и напишет заключение. Я как-то растерялся от такого сообщения, поскольку не владел информацией о такой схеме. Подумал, может оно действительно так, они же «вумные, как утки».

После беседы в кабинете руководителя мы прошли в отдел начальника и обменялись контактной информацией, договорились созвониться после того, как с Новосибирской Гос.инспекции труда придет запрос.

Извещение в фонд социального страхования завез под конец рабочего дня, а вот с профсоюзной организацией было не ясно на тот момент. Дело в том, что профсоюз не один и в какой именно надо отдать извещение не понятно. В ГИТ не подсказали, т.к. они думали по-другому.

Первая ошибка ГИТ

Государственная инспекция труда «г. Дорогого» видимо хотела решить этот вопрос «на скорую руку», что было несомненным плюсом в предстоящем расследовании. Чем больше ошибок совершает Государственная инспекция труда, тем лучше для меня.

Я начал искать нормативную ссылку, на которую они негласно решили сослаться. Доскональным объектом исследования было Постановление № 73 от 24 октября 2002, а именно Приложение №2 к этому постановлению «Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях».

В этом Положении я нашел пункт, на который сослались руководящие лица ГИТ.
«25. При выявлении несчастного случая на производстве, о котором работодателем не было сообщено в соответствующие органы в сроки, установленные статьей 228 Кодекса (далее — сокрытый несчастный случай на производстве), поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего, его доверенного лица или родственников погибшего в результате несчастного случая о несогласии их с выводами комиссии, а также при поступлении от работодателя (его представителя) сообщения о последствиях несчастного случая на производстве или иной информации, свидетельствующей о нарушении установленного порядка расследования (отсутствие своевременного сообщения о тяжелом или смертельном несчастном случае, расследование его комиссией ненадлежащего состава, изменение степени тяжести и последствий несчастного случая), государственный инспектор труда, независимо от срока давности несчастного случая, проводит дополнительное расследование несчастного случая, как правило, с участием профсоюзного инспектора труда, при необходимости — представителей иных органов государственного надзора и контроля, а в случаях, упомянутых во втором абзаце пункта 20 настоящего Положения, — исполнительного органа страховщика (по месту регистрации прежнего страхователя).
По результатам расследования государственный инспектор труда составляет заключение по форме 5, предусмотренной Приложением N 1 к настоящему Постановлению, и выдает предписание, являющиеся обязательными для исполнения работодателем (его представителем).»

Так-то оно так, но не в нашем случае. С нашей стороны все было в рамках ТК. Самым главным действием было своевременно сообщить в ГИТ по месту регистрации ООО, что мы и сделали.

По-хорошему

По-хорошему все должно было начаться примерно так:
Я приезжаю в Государственную инспекцию труда «г. Дорогой», регистрирую извещение о НС со смертельным исходом, захожу к заместителю руководителя, объясняю по поводу своего визита и интересуюсь о том, как мы дальше будем решать данную ситуацию?! На что заместитель руководителя ГИТ отвечает, что дождемся, когда придет запрос с ГИТ Новосибирска, после создадите комиссию с нашим Государственным инспектором труда или даже не подождем, пока придет запрос, а сразу начнем формировать комиссию по расследованию несчастного случая.
После того как заместитель руководителя назначает Гос. инспектора труда, тот в свою очередь становится председателем комиссии по расследованию НС, и он же помогает с формированием комиссии. Предлагает своим федеральным друзьям из ФСС, профсоюза, администрации принять участие в расследовании. После устного согласования я создаю приказ о создании комиссии по расследованию несчастного случая.

Юридическое сопровождение

Когда хочешь положительного результата, то все средства и ресурсы хороши. В нашем случае результат был одним – это не подставлять Генподрядчиков и отмазать нашего человека, который автоматически стал «крайним». Должность у него такая – начальник участка.
Звонок от моего руководителя из Новосибирска – «Вот номер и имя, это местный юрист, все действия только через него».

Организовали встречу в офисе, юрист – девушка, «крайний» и я.

Из разговора я понимал, что такой юрист в нашем деле не помощник. Она была эрудированна, но не компетентна в подобных вопросах. Грамотно освещать закон в нашей ситуации не достаточно, нужна реальная последовательность действий, при которых мы бы остались при своих. Я и без нее знал, что есть статья 143 (ч.2) УК РФ — Нарушение правил охраны труда с таким содержанием:
«1. Нарушение правил техники безопасности или иных правил охраны труда, совершенное лицом, на котором лежали обязанности по соблюдению этих правил, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека, —
наказывается штрафом в размере от двухсот до пятисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до пяти месяцев, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на срок до двух лет.
2. То же деяние, повлекшее по неосторожности смерть человека, —
наказывается лишением свободы на срок до пяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.»

Еще я знал и то, что если мы коллективно подпишем АКТ приемки строительных лесов задним числом, то «крайний» станет самым крайним и никакого «масла» на всех не размажешь.
Юрист не понимал «крайнего» в его решении подписывать эти АКТЫ, мол, ты же приземлишься в местах не столь отдаленных, по закону так. А «крайний» в ответ: «Назвался груздем, полезай в кузов». Вот и все дилемма.

Встреча в юридическом контексте

Руководитель проекта предложил мне подтянуть юриста на объект и вместе с местным инженером и его начальником прийти к наилучшему варианту действий. В итоге, из этой затеи ничего хорошего не получилось. Обстановка накалилась из-за отсутствия диалога со стороны службы охраны труда и пожарной безопасности.

Своими выводами по поводу случая и дальнейших действий, служба просто поражала меня своей некомпетентностью. Начальник и инженер в один голос кричали, что мне сейчас срочно необходимо сформировать комиссию по расследованию несчастного случая внутри организации, провести собственное расследование с нужным заключением, оформить все документы, потом, передать их инспектору, после чего он якобы отстанет. Откровенно говоря, эти ребята явно что-то перепутали.

Я начал озвучивать, что такие случаи расследуются совершенно по-другому алгоритму, что это не какой-то там легкий несчастный случай. Не успел я закончить свою мысль, как местный инженер по охране труда с какой-то ненавистью в глазах и дерзким тоном сквозь зубы заявила, что я должен молчать, т.к. я абсолютно ничего не знаю об охране труда. Более того, она добавила свое непонимание по поводу того, зачем меня сюда вообще прислали, мол, ты же никто, что ты тут вообще говоришь?! Все сказанное ею сопровождалось пренебрежительной отмашкой рукой в мою сторону. После такого я проявил слабость и на высоком тоне начал срываться на нее. Этот момент вызвал мимолетную улыбку на лице ее начальника, что меня еще больше подстегнуло. Руководитель проекта в удобную паузу предложил закончить нашу встречу за «круглым» столом.
Юрист на той встречи ничего дельного, так и не решила. Ушли ни с чем.

«Встреча» со следователем

После того как было сообщение в скорую помощь, на место несчастного случая приезжал следователь – девушка. Она сделала копию журнала инструктажа по охране труда на рабочем месте и запросила учредительные документы организации.
Копии документов мне переслали, я их заверил синей печатью и своей росписью и поехал искать следователя.

Мне повезло в том, что на проходной дядя милиционер не разобрался в ситуации и пропустил меня без особого приглашения следователя. Видимо, это из-за переезда на новое место стража потеряла бдительность. Так-то сложно было бы попасть при отсутствии полной информации о следователи, хотя бы такой, как фамилия.

Нашел кабинет и того самого следователя, который выезжал по нашему случаю. Она сказала мне, что этим случаем занимается другой следователь, и кабинет его следующий. Зайдя в кабинет увидел одного паренька, видимо тоже следователь, он сказал, что того, кого я ищу – тут нет. На его столе оставил стикер со своим контактным номером телефона и целью визита.

Запрос в медицинское учреждение

Для адекватного вывода в расследовании несчастного случая необходимо было понимать, что именно стало причиной смерти монтажника НВФ (Мир ему!). Погиб он от того, что стальной настил прилетел ему в голову или от падения с высоты, при соприкосновении с землей, может он был пьяный или вмазанный какой-нибудь дурью. Любая мелочь могла повлиять на алгоритм расследования.

Была информация о том, что он вполне возможно был с похмелья или даже пьяным, т.к. 19 февраля у бригадира был День рождения и парни, разумеется, его отмечали. Подобного рода моменты радовали, потому как человек, будучи в нетрезвом состоянии, уже по-большей части виноват сам. И наличием данного факта можно манипулировать при расследовании.

Тем не менее, такого рода выводы делает только медицинское учреждение в виде медицинского заключения, куда поступало тело. Туда я и отправился с официальным запросом от организации.
Очень много корпусов и нет людей, которые бы подсказали, куда именно отдать запрос. После получаса блуждания, нашел какую-то приемную, где у меня приняли мою бумажку.
Через какое-то время этого же дня, мне перезвонили с больницы и сказали, что запрос не на того врача и не в то место, надо к тому-то и туда-то. Пришлось снова ехать за тридевять земель с новым запросом. 1000 руб. с лишним в тот день точно прокатал.

Московский гость

Я был несказанно рад, когда узнал, что приехал самый главный, самый ведущий инженер по охране труда от генподрядной организации. Надежда оправдалась, он оказался адекватным человеком.

При встрече в том же отделе ОТ и ПБ, состоялся объективный диалог с московским гостем, в котором он проявил такт и обоснованность. Начальник отдела пытался вставить свою ересь в разговор, но мой уже, негласный московский друг его грамотно осадил.
Пришли к тому, что так или иначе, мы подписываем АКТЫ по приемке лесов задним числом по всей цепочке организаций. С их стороны, они по-максимуму приводят леса в порядок.
Совместно у нас получилась такая вот история произошедшего несчастного случая в нескольких словах:

«Леса нормальные, приняли, подписали АКТ, люди работали, был штиль, вдруг сильные порывы ветра, леса качнуло волной несколько раз, сорвало стальной настил с петель, настил пролетел между стеной здания и лесами, и срикошетил на захватке, где работал погибший монтажник (Мир ему!) с напарником, упал – погиб. Итог, чистое стечение обстоятельств»
Московский гость явно хороший коммуникатор с людьми, он знает как вести дела. Уважаемым человеком он для меня стал после первой встречи.

Встречайте, ГИТ

Прошло почти две недели, местная государственная инспекция молчит (Да-да, какие сроки в 15 дней). Раз гора не идет ко мне, то я пойду к ней. Пошел я к ней в пятницу.
Зашел к начальнику отдела, дабы поинтересоваться у него, как долго еще надо ждать первых действий от них и был ли запрос с Новосибирской инспекции. В легкой форме высказал ему свое негодование по поводу того, что я до сих пор здесь, и никто не думает шевелиться. Начальник отдела сказал, что запроса не было, а объект — место происшествия, он приедет и посмотрит в понедельник.

В понедельник он не приехал, приехал во вторник. Его встретила местная служба, во главе с московским гостем. Я прибыл, когда этот начальник дрюкал их не по поводу, а вообще. Начальник ГИТ сразу обозначил, кто здесь «главный» в городе. — «Мол, откуда у вас тут кран стоит, покажите мне документы соответствующие. Я должен подписывать этот АКТ, но я его не подписывал, тогда почему кран у вас установлен и работает?!» В общем, ему ничего никто внятного по его вопросу не ответил. Начальник отдела ОТ и ПБ пытался наехать на ГИТ в своем незамысловатом стиле, с необоснованными репликами, но потерпел фиаско.

После показательной порки, прошли к месту произошедшего случая. ГИТ задал мне вопросы, на которые я не смог ответить достоверно. «Сколько ширина настила?! Сколько расстояние от стены здания до лесов?! В общем, мне все ясно здесь» – сказал начальник отдела ГИТ. — «Сегодня назначу вам инспектора, после он с вами свяжется и приступит к расследованию». Развернулся и быстрым шагом пошел в сторону выхода. Начальник отдела ОТ и ПБ и его Руководитель, присосались с двух сторон к ГИТ и, сопровождая, что-то ему шушукали.

Начальник отдела ГИТ дал мне понять, что леса все же с косяком, и отвечать будет начальник участка «крайний». Он должен по своим обязанностям, как руководитель, постоянно присутствовать рядом и визуально контролировать весь процесс работ. Мало кто знает, что его в тот момент даже не было на объекте, но это уже не важно.
От встречи с ГИТ на месте происшествия НС остался неприятный осадок. Ситуация на какой-то момент представилась безвыходной. Ушел в себя на анализ.

Ответ на медицинский запрос

Камнем преткновения стал медицинский запрос, который мне не отдали. Как оказалось, за него надо было заплатить около 5000 т.р. и еще взять разрешение у следователя. Это объяснилось тем, что были прецедентные случаи, когда данная информация подрывала следствие.
Телефонный разговор меня отнюдь не обрадовал. Мало того что им надо заплатить, так еще и разрешение у следователя взять в письменной форме. Время идет, контора не пишет...

Знакомство с инспектором

Начальник отдела ГИТ представил мне инспектора, который займется расследованием. После того как начальник ушел, я ему при каких обстоятельствах произошел несчастный случай.

Инспектор немного вник в мою историю, после пожаловался, что работы у него «по-горло» и все такое, а тут еще я Закончил все тем, что я ему должен буду принести документы по теме, а именно: журналы по охране труда в которых расписывался монтажник (Мир ему!), протокол о проверке знаний, наряд-допуск, распоряжения о стажировке, парам-пам-пам, и самое главное, приказ о назначении ответственного лица за безопасное выполнение работ.

Вопрос о создании комиссии оставался открытым, почему не создаем?! Внятного ответа от инспектора так и не получил.
Рассказал ему ситуацию с медицинским заключением, он сказал, что это ерунда какая-то, обязательно позвонит и все решит. На этом и разошлись.

Штурм следственного отдела

Да что такое происходит, горы блин, которые надо сначала найти, а потом уже к ним прийти. В этот раз у меня не получилось прорваться через проходную, бдительная дама с ярко-красными губами, в погонах и с огурцом в кобуре меня присекла.

Решив вопрос с прохождением первого препятствия, я отправился к следователю. После того как я представился и объяснил кто я, он наехал на меня с вопросами, где все документы касательно расследования, которые должны быть. Поясняя ему, что они будут вместе с материалами расследования, когда его проведет Государственный инспектор. Следователь меня не понял.
Я попросил у него письменного разрешения, которое мне нужно было представить в медицинское учреждение. Следователь открыл глаза шире, мол, какое разрешение?! Ничего не дам! Я ему долго объяснял, что и для чего необходимо. Если он был в нетрезвом состоянии, то он виноват по большей части, и тогда дела не будет. Это подстегнуло следователя и он, кивнув, проговорил: «Да, давайте так, он сам упал по неосторожности и все тут».

Кое-как донес до него мысль о том, что когда будут официальные материалы расследования и заключение Гос. инспектора, на основании которого он сможет принять решение о возбуждении или не возбуждении дела. Он меня понял, но все равно никакого разрешения на получение медицинского заключения так и не дал. Более того, поставил условие, я ему заверенные копии документов по охране труда, он мне медицинское заключение абсолютно бесплатно. Бумаги для следователя мне было не жалко, поэтому я согласился.

Первая мысль, которая меня посетила, когда я вышел на свежий воздух, это – с кем я работаю?! Почему мне надо объяснять всем этим людям, как надо по Фэн Шуй?! Я вообще первый раз в такой ситуации, а тут еще хаос, работать никто не хочет.

Еще одна встреча с инспектором

Напарник погибшего, после случившегося, решил уехать обратно домой — в Новосибирск. Его держало только одно, что надо дать показания инспектору и оформить протокол опроса. Также и «крайний», он уже взял билет в Новосибирск, и готов был улететь, если на это ГИТ даст добро. Я созвонился с инспектором, и мы договорились о встрече.

Привез все документы, которые ушли в материалы расследования НС. Инспектор опросил напарника и «крайнего», оформили протоколы, подписали. «Крайний» мог лететь -на данный момент он не был нужен не ГИТ, не следственному комитету «г. Дорогой».

По поводу медицинского заключения, он мне так и не помог, объяснился тем, что действительно надо через следователя этот вопрос решать сейчас.
Как сказал ГИТ, из практики, очень редко когда сажают за несчастные случаи со смертельным исходом, хотя и закон в этом плане не дает такой возможности. На этой веселой ноте мы и распрощались.

На круги своя

Решение руководителей ГИТ о том, что комиссия создаваться не будет, поразило до глубины костей. Они умеют удивить. Особых козырей у меня нет, и если расследование будет без комиссии, то результата я точно не достигну. Инспектор напишет свое заключение и «крайнего» начнут «трепать» по полной программе.

Пришло время ставить все на круги своя. Составил письмо на имя главного Гос.инспектора труда, согласовал с юристом и отправил по адресу, второй экземпляр, с входящим номером, забрал с собой.

На следующий день, мне позвонил Гос. инспектор и сказал, что мое письмо вызвало резонанс в руководстве. Предложил мне прийти, чтобы обсудить вопросы по формированию комиссии.
Ну, наконец-то, контора начала писать...

Первые шаги по формированию комиссии

На встрече ГИТ первым делом сказал мне, что ему из-за моего письма «накрутили хвост», и далее оправдался, мол, мне сказал начальник делать так, я так и делал. Сам-то я знал, что комиссию надо создавать, но начальство...

Инспектор открыл свой ежедневник и начал искать контакты потенциальных участников расследования НС, прозвонив парочке, получил положительный ответ.
За первый подход не получилось дозвониться до всех служб, в частности до профсоюза и администрации. ГИТ дал мне контакты, чтобы я сам созвонился с ними и пригласил для участия.
Так или иначе, меня радовал факт явного сдвига в расследовании этого случая. Как говорят – лед тронулся!

Условия при получении медицинского заключения

Те условия, который задал мне следователь, я выполнил. Двигаясь к нему на встречу с заверенными копиями всех документов, касающихся расследования несчастного случая, я надеялся, что он тоже выполнит свои – отдаст мне медицинское заключение.

Положив на стол папку с документами, я спросил у него, ну как там с медицинским заключением у нас? Он ответил, что все хорошо, как и договаривались. После он добавил, что мне надо будет самому сдвигаться в какой-то морг и забрать мед. заключение лично. «Хорошо» – ответил я. «Где, у кого и как?!»

Он начал печатать на своем ПК официальное письмо, с которым я должен буду прийти к какому-то спецу по трупам, и тем самым, получить от него медицинское заключение с содержанием о том, был ли наш монтажник НВФ (Мир ему!) в состоянии алкогольного опьянения или иного состояния.

Меня улыбнуло, когда следователь начал печатать. Я удивился, что так печатают. Его два указательных пальца были похожи на несгибаемые стальные прутьями, которые стремительно ударяли о кнопки клавиатуры. Тогда я проследил связь того, откуда у него такая жесткая манера набора текста. Видимо, это когда-то давно, на учебе или практике, ему часто приходилось набирать текст на печатной машинке, с тех пор и привык. Бедная клавиатура...

После того как письмо или запрос, не помню уже, было готово, он поставил мне еще одно условие. Что когда будет готово заключение ГИТ, я должен буду принести ему копию. Я поправил, что сейчас обстоятельства изменились, комиссия сформирована, вместо заключения инспектора будет АКТ Н-1. Он особого внимания не проявил к этому, сказал лишь, что ждет от меня копию АКТа. А если я вдруг его кину, то он найдет меня даже в НСК-сити и отругает. Пытался донести до него, что в любом случае, все материалы и сам АКТ Н-1 ему передадут непосредственно из ГИТ, но он снова начал тупить. Я уже не стал ему рассказывать о Фэн-Шуй, попрощался и поехал за медицинским заключением в морг.

Страшное местечко

Внешний вид морга уже вызвал неприятное чувство внутри. Ветхое двухэтажное здание с облезшей зеленой краской. При входе, дверь налево обозначена ярко-красным объявлением – посторонним вход запрещен. Было понятно, почему туда нельзя слабонервным.

Поднявшись на второй этаж, я нашел этого спеца, представился и отдал ему бумагу следователя. Пока спец искал медицинское заключение, я увидел у него в кабинете расставленные шахматы. Пролетела черная мысль – со своими пациентами по ночам играет?!

Получив в руки не медицинское заключение, а АКТ судебно-химического исследования, я поспешно покинул это злачное заведение. Отойдя подальше, я решил прочитать содержание столь долгожданной бумажки, а там, в крови — 1,2 промилле, в моче — 1,4 промилле.
Мысли начали штурмовать мой мозг. Даже было небольшое ликования того, что все получится, «крайнего» не посадят. А тут и он звонит, как чувствует ход событий.

Очередной спад

Радоваться, что скоро все закончится, мне пришлось не долго. Инспектор быстро меня приземлил после прочтения этого АКТа. Как оказалось, этой информации было недостаточно. Полноценный АКТ с подробным описанием того, что и как привело к смерти – вот что надо было. А этот АКТ, как в итоге выяснилось, делается около месяца.

От того, что будет в этом медицинском заключении, во многом зависит итог расследования. Если смерть наступила в результате удара предметом (в нашем случае стальным настилом от лесов), то это один итог, если от удара о землю, то это другой итог.

Инспектор еще добавил масла в огонь, мол, то, что он пьяный это плохо для нас на самом деле, что этот факт только усугубляет положение «крайнего», т.к. с нашей стороны должен был быть контроль. Якобы мы не проконтролировали, а он из-за этого погиб.

Я, конечно, высказал свое мнение по поводу сего факта и что его можно трактовать по-разному, в зависимости от обстоятельств. В общем, тогда мы не стали зацикливаться на этом и разошлись на том, что ждем исчерпывающее мед. заключение, которое должно быть готово уже на вот-воте.
Выйдя с инспекции, я позвонил следователю и сообщил о том, что тот АКТ, который я с его помощью получил, в расследовании не помогает, нужен другой, полноценный. Следователь ответил, что перезвонит по этому вопросу позже.

Ближе к концу рабочего дня он перезвонил и сказал, что да, есть такой АКТ, он будет готов только на следующей неделе. О его готовности, следователь пообещал мне сразу сообщить.
Идя домой, я неосознанно провел аналогию того, что все это расследование подобно гиперболе, со своими подъемами и спусками. И очередной спуск, меня совсем не радовал, ведь прошел уже месяц.

Прошла еще одна неделя

Не дожидаясь звонка следователя, звоню ему в понедельник сам. В ответ получаю что мед. заключение готово, но он еще не забрал его. Сказал что, как только заберет, сразу позвонит. Я предложил ему забрать самому, на что он ответил – «Нет, такое заключение вам не отдадут. Я сам заберу, а вам дам копию». В общем, я забрал у него копию медицинского заключения только в четверг, и то с его прошлыми условиями. После того как мы оформим материалы расследования несчастного случая и подпишем/утвердим АКТ Н-1, я должен буду лично доставить ему копию АКТа. Вроде как договорились. Главное, что это долбанное заключение у меня на руках.

Первые варианты и первые попытки заседаний

По данным медицинского заключения, основной причиной смерти, является: геморрагическо-травматический шок в результате тупой сочетанной травмы головы, грудной клетки, живота, нижних конечностей, полученных в результате соприкосновения о твердую поверхность (падения с высоты).

На основании этого заключения и всех остальных данных, инспектор делает следующие выводы:
1. Виноват директор т.к. не обеспечил безопасными условиями труда
2. Виноват начальник участка «Крайний» т.к. принял леса с явными нарушениями
3. Виноват монтажник (Мир ему!)

После которых, предлагает мне с ними согласиться и заполнить АКТ Н-1 и АКТ по форме ф 4 (о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом)). АКТ по форме 4 должен заполнять Государственный инспектор, но ввиду каких-то традиций, это делают инженеры по охране труда. Можно было бы конечно отказаться, но времени нет бодаться, в НСК Сити охота.

В итоге я составил два комплекта АКТов. Один комплект из Н-1 и формы 4 был под вариант ГИТ, второй назывался – МИР, т.е. в нем причины прочие и опьянение.
Между тем, ГИТ согласовал с остальными федеральными участниками комиссии первое заседание. По факту, на нем присутствовали только ГИТ, начальник этого ГИТ, человек из профсоюза, я и руководитель проекта. Из 9 членов присутствовали всего 4, начальник ГИТ не в счет.

Заседание прошло в виде: пришли, посидели 15 минут, поговорили практически в одностороннем порядке и разошлись. Руководитель проекта вовсе не был готов к такому натиску, да и я тоже. В его адрес было много каверзных вопросов, на которые ему было сложно отвечать. После встречи руководитель высказал мне свое недовольство по поводу этой встречи. По его виденью, я должен был знать, какие вопросы будут задавать и т.д. Я лишь улыбнулся в ответ и сказал, что я сам в шоке.

На первой встрече федеральные представители дали понять, что наш вариант – МИР, не пройдет. Отвечать все равно будет кому по этому случаю. Просто так, стальные настилы не срывает ветром, и не скидывают людей с лесов.

Ключевая ошибка ГИТ

Исходя из первой встречи, было очевидным — надо менять ситуацию, искать обходные пути. И вот что получилось сделать.

Есть такая процедура, называется голосование, суть которого состоит в том, кто ЗА, а кто ПРОТИВ предлагаемого варианта АКТ Н-1.

Я составил протокол заседания по этому вопросу и пошел к ГИТ. В итоге оказался вместе с ГИТ у его начальника. Он показал свое недовольство по поводу сроков расследования, которые прилично затянулись, я ему кивнул согласием на это. Далее он сказал, что надо уже поставить точку, я ответил — да. После, я предложил провести голосование с оформлением протокола, дабы соблюсти порядок расследования. Они посмеялись над моим предложением и сказали что в этом нет никакого смысла. То, что с нашей стороны будут особые мнения, их не беспокоило, а зря.
Справка:
При большинстве голосов – ПРОТИВ, предлагаемого варианта, вышестоящий руководитель ГИТ, на основании материалов расследования несчастного случая, сам пишет заключение.
При таком положении дел, было бы сложно выкручиваться.

Заключительное заседание комиссии

Перед финальным заседанием, я подготовил для всех членов комиссии (с нашей стороны) особое мнение, оно в принципе ничем не отличалось друг от друга, было одинаковым. Пустил на печать.
Один из членов комиссии была та самая дама, инженер по ОТ и ПБ из службы Ген. Подрядчика, с которой мы были в контрах. Она и с играла одну из ключевых ролей в благополучном исходе расследования. По телефону, мы договорились «на берегу», что она тоже подписывает особое мнение. Она ответил – «как вы, так и я». Вот и славненько!

Перед тем как пойти на лобное место, мы встретились все вместе и подписали особое мнение. Все, приглашают зайти...

Наконец-то наступает развязка! В небольшом кабинете было тесновато, собрались практически все члены комиссии, кроме Главного специалиста отдела охраны труда комитета по труду и занятости населения.
Состав комиссии:
Главный государственный инспектор труда Государственной инспекции труда;
Главный специалист отделения страхования профессиональных рисков ГУ ФСС РФ;
Главный технический инспектор «Дорогого» краевого объединения организаций профсоюзов;
Представитель ООО «Ген. подрядчик»;
Представитель ООО «Подрядчик»;
Начальник участка ООО «Субподрядчик» — брат «крайнего»;
Представитель трудового коллектива ООО «Субподрядчик»;
Инженер по охране труда ООО «Субподрядчик».

Заседание прошло примерно в таком же стиле, что и в первый раз, только с большим количеством народа. Федеральные члены комиссии упрекали нас в нашем предложении разойтись миром, обвиняли, ругали и т.д. Мне это надоело, и я озвучил, что если Вы не согласны с нашим мнением, то зачем сотрясать воздух и тратить наше с вами время, давайте подписывать АКТ Н-1 и АКТ по форме 4? Все поддержали.

В итоге, АКТ был с 5-ю особыми мнениями!!! Большинство – ПРОТИВ! В таком случае АКТ становиться не легитимным. А это означает одно — ГИТ стал «крайним» в расследовании несчастного случая.

Был интересный момент при подписании АКТОв, представитель ФСС, видимо с умыслом не поставил дату между своей росписью и фамилией. Такой АКТ, без личной даты подписания могут признать не состоятельным или как-то так. В общем, мы его подправили, и все было подписано как надо. Роспись дата, под датой слово «особое мнение», фамилия инициалы.

Единственное, что АКТы не подписал человек с администрации. Как было известно, он подпишет их после. Только мне надо было их довести ему.

Резонанс руководства ГИТ по итогам заключительного заседания

На следующий день, когда руководство увидело копию еще не утвержденного директором АКТа, очень сильно напряглось. Они понимали, в какую ситуацию попали. Сей факт означал, что ГИТ произвели расследование с грубыми нарушениями. Все региональные ГИТ отчитываются в Москве, и по таким кривым случаям, им делают ата-та.

Со стороны начальника ГИТ, по телефону, начали поступать угрозы примерно с таким содержанием: «Делаем повторное заседание комиссии, и вы убираете пару особых мнений или я завтра организую проверку на объект, который в последующем заморозят на 90 суток»

Он звонил с этим руководителю проекта, истерил в трубку, говорил ему, что я мутный тип и всех подвожу под монастырь. Мол, если стройку заморозят, то виноват буду я т.к. придумываю такие схемы. Руководитель проекта тактично перевел все стрелки на меня, объяснил это тем, что не имеет понимания в таких делах, есть – я, все вопросы ко мне.

Через какое-то время этот начальник позвонил мне и предложил встретиться. Я подъехал в инспекцию этого же дня и застал инспектора и этого начальника за каким-то разговором. При виде его недовольного выражения лица я улыбнулся и протянул руку поздороваться. При рукопожатии, между ладонями возник статический щелчок, я вслух отметил – «ого, какое тут напряжение»

В разговоре я был не многословен, больше слушал начальника ГИТ. В принципе он говорил тоже самое, что и по телефону. Контекст был задан такой для меня – выход только одни якобы. Повторное заседание, минус 2 особых мнения и утверждение АКТов, иначе нам же будет хуже.
Я подыграл, что да, надо бы подумать, переосмыслить ситуацию и сделать, как они хотят. Пообещал, что сообщу об этом руководству и после дам ответ. Мол, я ничего тут не решаю и не придумываю.

При выходе начальник снова напомнил, что ждет нас, если мы утвердим АКТ.

Тонкая игра, топлю корабли

Сообщил в НСК Сити руководству по поводу настроений и намерений местного ГИТ. На следующий день получил добро – топить их корабли.

Тут и началась тонкая игра. Меня напрягал один момент, что АКТ еще не подписал человек с администрации. По номеру телефона, который мне давал ГИТ, я не мог дозвониться до этого человека. Звонить и говорить об этом ГИТ, было опрометчиво т.к. это бы свидетельствовало тому, что АКТ мы утверждаем с 5-ю особыми. На что руководство инспекции начало бы сразу реагировать и возможно, у них бы получилось сорвать мою операцию по подписанию.

Я очень беспокоился, что человеку с администрации могли уже позвонить и сказать что-нибудь такое, из-за чего он не пописал бы этот АКТ.

Через 2GIS я кое-как нашел номер телефона этого человека. Как оказалось, их отдел тоже переехал на новое место.

Дабы действовать внезапно, я решил действовать с самого утра, это была пятница, конец рабочей недели. Я думал, что если звонить в четверг, посреди дня, то мог выдать свой план. К примеру, позвонил бы я ему и сказал, что надо подписать АКТ, а он в ответ что-то вроде – «сейчас не могу, давайте завтра», а после звонка, в течение дня, решил бы еще уточнить у самого ГИТ, что там и как по этому делу.

Адрес есть, телефон тоже, АКТы утверждены как положено. Подошел по адресу с самого утра, начала рабочего дня, звоню на номер, и отвечает тот, кто мне нужен. Я коротко говорю о своей цели и что я рядом и сейчас зайду, он отвечает – «хорошо, я на месте».

В кабинете он был не один, сидел что-то печатал. Когда я подошел к нему, он только поднял голову и сказал – «давайте АКТЫ». Я незамедлительно протянул ему комплект АКТов Н-1 и АКТов по форме 4, он их молча подписал, даже не смотрел содержание.

Я с ликованием в груди, словно на крыльях вылетел на улицу и быстрым шагом потопал на служебную квартиру. Чувство победы уже было совсем рядом! Дело за малым, отдать материалы расследования несчастного случая и утвержденные АКТы инспектору по труду.

Все комплекты материалов расследования несчастного случая были готовы. Осталось только выждать подходящий момент и отдать все это на растерзание в ГИТ. Этим моментом был конец рабочего дня.

Я предположил, что в пятницу, начальник ГИТ покинет свое рабочее место гораздо раньше, чем его подчиненный, наш председатель комиссии. Таким образом, когда я приду с утвержденными АКТами и материалами расследования, то не попаду под сильное сопротивление. Более того, начальник ГИТ узнает только в понедельник, что его предложение не подержалось с нашей стороны. Пока они буду собираться с мыслями, им уже будет звонить следователь и запрашивать свой комплект документов, но больше всего, его будет интересовать особое мнение, которое я ему заведомо не передам, ведь я ему обещал только копию АКТ Н-1. Без особого мнения он не сможет принять решения, поэтому будет усиленно тянуть ГИТ. Схема как с редькой. Только к тому моменту, когда они будут тянуть друг друга, я уже буду в НСК Сити. Предположив такую последовательность действий, я был абсолютно прав.

В течение дня, инспектор мне звонил несколько раз, но я ему специально не отвечал, держал в неведение.

Поехал в инспекцию где-то в начале четвертого, я застал инспектора одного в кабинете. Он сразу меня спросил – «ну что вы там решили?». Я ответил, что ничего не изменилось, вот 4 комплекта копий материалов расследования для вас, и вот копии АКТов , а вот оригинал. Он молча посмотрел АКТ Н-1, потом спросил за человека с администрации, я ответил, что сегодня заезжал к нему, он подписал. Инспектор был явно задумчивым в тот момент, после снял трубку и начал набирать номер... Было понятно кому он звонит, НО, там уже никого нет!!! Он звонил пару раз и эти пару раз, была тишина. Что ему остается делать?! Конечно, принять у меня документы и попрощаться.
Он просмотрел 4 комплекта:
— для себя ГИТ
— для следственного комитета
— для администрации
— для профсоюза

«А что вы так решили?» — спрашивает ГИТ, «ну вот как-то так решило руководство» — ответил я.
Немного поговорили на отвлеченные темы, типа как у нас тут в НСК Сити зарплаты и т.д. Обрисовал мне перспективу якобы, от которой меня аж передернуло, мол, сейчас еще поработаешь, опыта наберешься, и в инспекцию можно устраиваться на работу. Я сказал, что обязательно подумаю. В общем после мы попрощались, пожелали друг другу успехов в делах и разошлись.

Времени оставалось не много, и надо было успеть к следователю. Предварительно позвонив ему, сообщил, что сейчас иду к нему и принесу то, о чем договаривались. Пока шел, позвонил и руководству, сообщил, что все сложилось как надо, и что я могу вылетать, мол, берите мне билет на сегодня.

Когда пришел к следователю, он брал у кого-то показания. Я не стал ждать, пока он закончит, молча зашел в кабинет и положил ему на стол копию АКТ Н-1. Он кивнул головой что понял и дальше продолжил что-то печатать в своем диком стиле.

Не идя, а летя домой, я думал о том, как же все-таки важно выбрать момент! Пятница, была последним днем этого долгого расследования. Все решилось как надо!

Пора домой

К сожалению, в пятницу мне не вязли билет, улетел я в субботу. Улетал я практически с тем же самым чувством, которое создал при прилете в «г. Дорогой».
По прилету в НСК Сити я почувствовал явный контраст по погоде, уже было гораздо теплее, чем в «Дорогом». А я в дубленке и зимних ботинках выхожу из того же салатового аэробуса... Ну мне было все равно, ведь я дома!

Эпопея расследования продолжалась с 20 февраля по 7 апреля...

P.S. Приношу свои извинения за столь затянувшуюся историю, за ошибки пунктуальные и орфографические (у меня по русскому языку было «три»). Надеюсь, у меня получилось хоть как-то трансформировать свой опыт в более читаемую историю. Сейчас я понимаю, что не все открыл и донес, так как хотелось бы, но все же я старался. Хочется верить, что данная история не заберет ваше время впустую, а дополнит его чем-то. Мой стиль письма не отточен, как и ход мыслей в его изложении, поэтому есть где по ха-ха-тать! Всем удачи и успехов в делах! Программируйте свои результаты в будущем, чтобы получить их потом в настоящем!

Получайте анонсы новых заметок сразу на свой E-MAIL